фильтр

Музей-заповедник Татарское городище Часть 2


Каменная ниша
Выйдя из Цитадели через ее бывшие западные ворота, мы оказываемся у подножья обрыва, защищающего ее с юга. Обрыв сложен семиметровым пластом ржаво-серых известняков-ракушечников, образующих упомянутый выше карабинский горизонт. Как и холоднородниковские ракушечники, они отложились на дне Сарматского моря, но несколько рань­ше. Их перекрывают форштадтские пески и глины, а ниже за­легают ясеновские глины. Наи­менования пластов произошли от названий улицы Ясеновской, речки Карабинки, района Форштадт и Холодного Родника в городе Ставрополе, где геологи в начале этого века впервые описали данные отложения.
Первое, что привлекает вни­мание в обрыве, — обширная ка­менная ниша, выработанная в результате выветривания в ра­кушечниках. Длина ее около 12, глубина до 5, высота до 2,5 мет­ров. С незапамятных времен под ее навесом от дождя и жары ук­рывались люди и скот. На ее сте­нах и потолке осели вековые налеты копоти.
Но для любознательного человека пребывание в нише — это еще и своеобразное мысленное путешествие на дно исчезнувшего моря. Если внимательно приглядеться к известняку, то нетрудно заметить, что он состоит из бесчисленного множества раковин морских моллюс­ков. Среди них наиболее распрост­ранены гладкие ра­ковины двуствор­чатых или пластинчатожаберных моллюсков рода мактра. Реже встречаются двустворки с радиальной ребристой поверхностью. Это кардиумы. Если повезет, то можно найти ра­ковины брюхоногих моллюсков. Это дальние родственники виног­радных улиток.
Большая часть раковин раз­бита, что объясняется отложе­нием их в мелкой прибрежной части моря, где их перемывали волны.
Пласты ракушечников уди­вительно выдержаны на боль­ших расстояниях. Они покрыва­ют не только Ставропольскую возвышенность, но широко рас­пространены в Крыму и по все­му северному Причерноморью. Какие природные факторы выз­вали необычайную вспышку размножения моллюсков в сере­дине неогена — одна из загадок, еще не решенных наукой.
Ракушечник, благодаря прочности и пористости — один из лучших строительных кам­ней. Из него построены стены и другие сооружения Цитаде­ли. Из крупных плит ракушеч­ника позже была сооружена Ставропольская крепость. Им выложены стены старых домов в Ставрополе.
Каменная ниша — своего рода узловая станция экскурси­онных маршрутов. От нее мож­но пойти на восток к Гроту от­шельника, на юг ко Второму Городищу и на запад через Могильники на Третье горо­дище.
К каменному киту
От ниши древняя дорога, похожая на лесную тропу, оги­бая оставшуюся вверху Цита­дель, ведет нас вверх по доли­не ручья Анненского. Слева нависает скальный обрыв, вни­зу в полумраке шумит ручей.
Через триста метров путь преграждает нагромождение огромных каменных глыб, отколовшихся от обрыва и сполз­ших вниз по склону на 50—100 метров. Это экскурсионный объект «Каменные отторженцы». Их семь. Самый «крупный» из них имеет в высоту 5, в ши­рину 12 и в длину 20 метров. Сбоку он похож на каменного кита, устремленного к ручью, но таки не достигшего его.
Невольно задаешься вопро­сом: какие силы и когда отко­лоли эти огромные глыбы от пласта ракушечника и перенес­ли их на десятки метров. На отторженцах растут зрелые дубы, ясени и клены. Следова­тельно, им больше сотни лет. Но если внимательно обследо­вать склон, то нетрудно обнаружить остатки древнего вала, проложенного от обрыва прямо к «спине каменного кита». Это открытие позволяет сделать вывод о том, что отторженцы были здесь уже в очень давние времена и использовались жите­лями городища как естествен­ные преграды при создании оборонительных сооружений.
Следы у водопоя
От Каменной ниши по древней дороге, соединявшей городища, спускаемся к развил­ке, где сливаются ручьи Анненский и Травертиновый, образуя единый приток р. Татарки, в который чуть ниже впадает спра­ва ручей Балки Гремучей. Это место представляет собой узел схождения не только троп, но и древних дорог. Стены городищ здесь наиболее близко подходят друг к другу.
В этом месте пересекаются и пути животных. Этот расши­ренный участок долины с гус­тым кустарником и лесом, быстроструйными ручьями с родниковой водой — поныне люби­мое место водопоя животных. Давайте спустимся к несущейся воде и окаймляющим ее песча­ным косам, поищем следы зве­рей и птиц и поразмыслим о не­легкой судьбе наших диких бра­тьев меньших.
По данным зоолога М.Ф. Тертышникова, на терри­тории Татарского городища обитают 312 видов наземных и водных животных, из которых преобладают беспозвоночные, прежде всего насекомые. Боль­шинство их живет в лесу, но встречаются и степные виды, а также обитатели рек и болот.
Следы на песчаных косах и глине в основном принадлежат домашним животным из села Татарки. Но среди них попада­ются следы жителей леса, напри­мер, копытец косули. Иногда, вспугнутая людьми, она выбе­гает на видное место и, словно мираж, исчезает среди деревьев. Косуля очень красивый зверь. У нее стройное туловище и длин­ная шея с грациозной головой, увенчанной небольшими загну­тыми рогами. Благодаря длин­ным ногам при беге она словно парит над землей. Шерсть у нее рыжеватого цвета. У козлят на спинках светлые пятна, напоми­нающие солнечные зайчики, которые маскируют их в лесу. Косули питаются побегами де­ревьев и кустарников, травой, а осенью приходят лакомиться падалицей дикой груши.
Из копытных в лесу также встречается дикий кабан. Его присутствие выдают лежки в сырых местах и свежеразрытая почва под деревьями, где живот­ное питается корнями и клубня­ми растений.
Ранним утром на опушки часто выбегают зайцы, чтобы полакомиться молодой тра­вой.
Живет в Татарском лесу лас­ка — маленький ловкий зверек с тонким вытянутым тельцем светло-бурого цвета. Она пита­ется мышами-полевками и не прочь поживиться птицей. Ее полная любопытства мордочка часто мелькает среди листвы и валежника.
Из хищных зверей встречает­ся хорь степной. Его отличи­тельные черты — темные лапки и «маска» на мордочке. Хорь охотится и питается мышами-по­левками, птицами, хомячками и другими мелкими обитателя­ми леса и степи.
На скалах, на выгревах южных склонов мелькает ящерица прыткая обыкновенная. Коричневато-серого цвета, с темной полосой на спине, она быстро перебирает лапками и отбрасывает хвост, если его схватить рукой. Она быстро лавирует в траве, торопясь в норку, чтобы не быть пойманной.
На тропе среди травы могут встретиться медянка или гадю­ка степная. Последняя имеет буро-серый цвет с зигзагооб­разной темной полосой вдоль хребта. По сотрясению почвы змеи чувствуют приближение человека и быстро прячутся в норы.
В сырых местах живут ужи обыкновенные и ужи водяные. Они узнаются по желтым пят­нам на голове. Несмотря на уг­рожающее шипение и высуну­тый язык, уж безобиден и не может причинить вреда челове­ку. Водяной уж отличается от обыкновенного оливковым от­тенком кожи и шахматным ри­сунком на теле.
Перед дождем в лесу разда­ются своеобразные звонкие звуки, похожие на кряканье утки. Это крик древесной лягушки-квакши. Малютки изумрудного цвета, прижавшись к дереву с помощью присосок, почти сли­ваются с листвой. На болотцах, в озерцах, в ручьях обитает лягушка озерная, а также эндемик Кавказа лягушка малоазиатская. Здесь же встречается краснобрюхая жерлянка.
Весной в воде иногда можно увидеть тритона.
В ручьях зоологи насчитыва­ют до 34 видов фауны.
Наступление городских кварталов на лес и степь с каж­дым годом сужает жизненное пространство диких животных. Их уничтожают охотники и не­сознательные посетители леса, в большом количестве они гибнут на автотрассе. Лишь с создани­ем музея-заповедника впервые возле Ставрополя стала воссоз­даваться естественная среда обитания животных, что долж­но положить начало восстанов­лению их былого разнообразия и численности.
Археологические раскопки на Татарском городище дают уникальный материал для вос­становления истории развития фауны Ставропольской горы за два последних тысячелетия.
Кости, найденные в культурных слоях, принадлежат как домашним, так и диким живот­ным. Жители городища употребляли их мясо в пищу, из шкур изготовляли обувь и одежду. Рога и кости использовались как материал для орудий труда и различных поделок.
Из диких животных по ко­стным остаткам определены палеонтологом А.К. Швыревой олень, косуля, дикий ка­бан, лисица, заяц. В культур­ном слое сарматского времени найден рог зубра, обитавшего в ставропольских лесах две ты­сячи лет назад. На соседнем Грушевском городище в слое того же возраста обнаружена кость тура.
По составу диких животных можно судить о древнем ланд­шафте. Олени, косули и дикие кабаны обитают в лесах с кус­тарниками и высокотравными полянами. В их пищевой раци­он входят злаки, зонтичные, сложноцветные, луковичные, хвощи, примулы и другие тра­вы. В лесу кормом для них слу­жат листья, побеги и плоды клена, ясеня, бука, дуба, берес­клета, ивы, калины. Важное ме­сто в питании этих животных занимают также желуди, орехи бука и лещины, плоды груш и яблонь. Таким образом, лесо­степной ландшафт с богатой разнотравно-злаковой расти­тельностью и лесами, в которых произрастали перечисленные деревья и кустарники, существо­вал на Ставрополье уже около двух тысяч лет назад.
Стадо домашних животных на городище, судя по костным остаткам, состояло из овец, коз, коров, свиней и лошадей. В пищу употреблялись преимуще­ственно молодые животные: овцы не старше двух лет, свиньи в возрасте до одного года, коровы и бычки не старше четы­рёх лет. Лошади и быки, использовавшиеся как рабочий скот, доживали до старости.
Лошади, в сравнении с современными, были ниже сред­него роста, высотою в холке около 138 см . Они относились к породе полутонконогих лоша­дей восточного типа с высоки­ми скаковыми качествами и иг­рали важную роль в жизни на­селения городища.
Второе городище                        
В 150 м к юго-востоку от развилки ручьев, на широтном водораздельном мысу между р. Татаркой и ручьем Анненским, находится Второе городище. Чтобы попасть в него, преодо­леваем крутой подъем со скаль­ным обрывом, в котором проло­жен узкий проход.
Городище занимает площад­ку размером 150 х 170 м, с трех сторон ограниченную обры­вом. С восточной стороны, где площадка, расширяясь, перехо­дит в поверхность плато, горо­дище защищалось двумя лини­ями укреплений, внешней и внутренней, поперечными к во­доразделу. Внешняя линия со­стояла из каменных стен и рва, остатки которых сравнитель­но хорошо сохранились и про­изводят внушительное впечат­ление. Внутренняя оборони­тельная линия, состоявшая из рва и вала, делит городище на два части.
Площадка внутри городища представляет собой луговую поляну, обрамленную лесом. Раскопки на ее территории не проводились. Ее археологичес­кое исследование еще впереди. Судя по небольшому размеру и господствующему положению в рельефе, Второе городище вы­полняло оборонительную фун­кцию на южных подступах к ос­новному поселению.
С его площадки на юг откры­вается живописный вид на до­лину р. Татарки, в которой ши­роко раскинулось одноименное село, одно из старейших на Ставрополье. Основанное в 1818 году как хутор, в 1833 г. оно получило надел земли и ста­ло селом. В 1835 г. его сделали станицей и причислили к Став­ропольскому казачьему полку. Заселялась Татарка русскими из центральной России. Во время Кавказской войны на нее напа­дали горцы. Большинство на­падений казаки отбивали, но случалось и так, что горцы захватывали жителей в плен и уго­няли скот.
В 1870 г., после Кавказской войны, Татарка вновь стала се­лом. В конце прошлого века здесь было 377 домов и проживало 3162 человека. В на­стоящее время с. Татарка состо­ит из двух частей — Верхней, ко­торую мы видим, и Нижней. В 1995 году в Татарке проживало 5848 чел. и числилось 2572 двора.
Второе городище — одно из самых живописных мест на тер­ритории музея-заповедника, часто посещаемое жителями Та­тарки и туристами. Особой популярностью пользуются Та­тарские скалы, являющиеся го­сударственным памятником природы. Они образуют южную часть обрыва, над которым возвышается городище. Длина скал 350, а высота до 10 метров. Их слагают карабинские ракушеч­ники, имеющие благодаря при­меси железа ржавый цвет. Лощинами и расселинами обрыв разделен на фрагменты, из которых наиболее живописны скалы «Большая ниша» и «Со­товая».
Скала «Большая ниша» дли­ной около 50 м расположена на западе обрыва. В ее нижней части, сложенной рыхлыми раку­шечниками, ветер и дожди вы­работали на всю длину клино­видное углубление высотой до 3 и глубиной 2—3 метра, пере­крытое навесом, состоящим из плотного известняка. Юные альпинисты краевого центра на этой скале получают первые уроки скалолазания.
Скала «Сотовая» отделена от «Большой ниши» узким про­ходом между двумя крупными обвальными отторженцами, от которого по ступенчатым выс­тупам можно подняться на пло­щадку Второго городища. Скала привлекает внимание нео­бычным рельефным узором по­верхности. Ребристое чередова­ние горизонтальных выступов и выемок сочетается в ней с бес­численным множеством мелких округлых и щелевидных поло­стей с натеками углекислого кальция, образующего мелкие сталактиты, сталагмиты и геликтиты. Этот ажурный при­родный барельеф возник в ска­ле, благодаря сочетанию выду­вания, производимого ветром, и микрокарстового процесса, вызванного действием вод на известняк.
Раскопы центрального городища
От Второго городища вновь возвращаемся к Камен­ной нише у Цитадели и продол­жаем знакомство с Централь­ным городищем.
На его территории в 1992—1993 годах были сделаны раско­пы, давшие важную археологи­ческую информацию. Наиболее крупный из них площадью 128 кв. метров был пройден на опушке леса севернее Цитадели. Выбор места, проходка, ис­следование и описание раскопа — наиболее важная, ответствен­ная и трудоемкая часть работы археолога. Прежде чем зало­жить раскоп, анализируются результаты визуальных наблю­дений, аэрофотосъемки, геофи­зических измерений, например, магнитометрических, позволя­ющих выявить скрытые под зем­лей металлические предметы. Важнейший частью этой работы являются стратиграфические ис­следования, для чего закладыва­ются стратиграфические шурфы. После выбора места и оконтуривания площади раскопа на­чинается самое главное — снятие и исследование грунта. Оно ве­дется слой за слоем, вручную, обычно каждый раз на глубину штыка лопаты, составляющую около 20 сантиметров. При об­наружении предметов, погребе­ний или остатков строений ра­бота принимает ювелирный ха­рактер. В ход идут пинцеты, кисточки, сита, лупы. Чтобы выявить интересный для архео­лога предмет, приходится пере­бирать и просматривать по крупицам кубометры земли. Но чем больше труд, тем сильнее радость от археологической на­ходки.
В раскопах, глубина которых местами достигала 250—270 см, а так­же в котлованах и расчистках, сде­ланных на месте бывших дачных сооружений, суще­ствовавших на территории горо­дища до 1992 года, вскрыты и исследованы три культурных слоя: нижний, средний и верхний.
Самый древний нижний слой встречен не повсеместно и име­ет мощность 20—30 сантиметров. В нем найдена керамика, пред­ставленная остатками кувши­нов, мисок, горшков, корчаг. Раскоп вскрыл часть бывшей гончарной мастерской, в кото­рой наряду с керамикой оста­лись запасы глины, из которой древний мастер лепил посуду. Найдены остатки турлука — гли­ны с отпечатками прутьев, ма­териала, из которого строились жилища, и печина — обожженная в печах глина. Комплекс архе­ологических находок нижнего слоя соответствует кобанской и отчасти скифской культурам, принадлежавшим племенам, обитавшим в Предкавказье в VIII — V веках до новой эры.
Средний слой отделен от нижнего маломощным стерильным слоем, не содержащим предметов. Во втором культур­ном слое много остатков турлучных построек, но они уже со­здавались на каменных фунда­ментах, которые прослежены при раскопках. Наряду с ними, встречено круглое жилище типа юрты, характерное для степных кочевых племен, к которым относились сарматы. Рядом с жилищами или непосредственно в них устраивались хозяйствен­ные ямы, где хранились припа­сы. Со временем ямы забрасы­вались, в них попадал мусор. Теперь этот «мусор» служит для археологов ценным материа­лом, по которому можно судить о быте древних людей. В одной из таких ям обнаружена ручка греческой амфоры с клеймом. После расшифровки надписи бу­дет установлено время изготовле­ния амфоры, что позволит точно датировать и найденные в слое вещи местного производства.
По характеру жилищ, пред­метов быта, в том числе кера­мики, средний культурный слой отнесен к сарматскому периоду.
Сарматы хорошо известны в истории. Переведениям древне­греческих авторов, этот воин­ственный народ вначале обитал за Волгой. По своему языку и обычаям сарматы походили на скифов. Они являются частью обширной общности племен ираноязычного происхождения, которые заселяли степи Юго-Восточной Европы и Средней Азии с эпохи бронзы. В IV в. до н. э. сарматы начали продви­гаться в Предкавказье и Север­ное Причерноморье, занятые скифами.
Обладая более совершенным вооружением и будучи очень во­инственными, сарматы посте­пенно вытеснили скифов в Крым и заняли большую тер­риторию между Волгой, Кавка­зом и Крымом.
Столкнувшись с сарматами, греки были удивлены тем, что у них наряду с мужчинами и жен­щины являлись воинами. Воз­можно отсюда возникла леген­да об амазонках.
На Ставрополье сарматы появились в III в. до н. э . К это­му времени здесь на основе сме­шения кобанского и скифского населения возникла самобытная культура. По всей территории края росли поселения, разви­валось сельское хозяйство и ре­месла, осуществлялась активная торговля с греками.
Богатство городищ и поселе­ний привлекало воинственных сарматов. Поначалу они напа­дали на местных жителей и гра­били их. Много поселений и городищ, включая соседнее Грушевское, были сожжены, и их жители укрывались на Татарском городище, которое все больше укреплялось. Со време­нем сарматы умиротворились и начали смешиваться с местными жителями. Часть их поселилась на Татарском городище. От это­го периода жизни остался средний пласт культурного слоя.
С IV века новой эры из глу­бин Центральной Азии в Пред­кавказье ворвались гунны. С них начинается приход народов тюркского происхождения. В это время жизнь на городище за­тухает и возобновляется лишь в VIII веке. С этим периодом свя­зан верхний пласт культурно­го слоя. К нему приурочены ка­менные кладки крепостных стен, башен, домов, культовых сооружений, разнообразная керамика, металлические изде­лия бытового и военного назна­чения, женские украшения. Со­хранились домашние очаги, от­крытые, круглой формы, обло­женные по краям камнем. Воз­ле них много костей животных со следами рубящих и пилящих инструментов.
Посреди нижней части горо­дища возвышается небольшой холм. Раскопки вскрыли в нем белесый грунт с большим коли­чеством черепков глиняной по­суды, обожженными костями животных, древесным углем И другими остатками деятельнос­ти человека. Археологи такие места называют зольниками. Жители городища почитали очаг и то, что связано с ним. Золу вместе с попавшими в нее предметами они ссыпали в оп­ределенное место, создав таким образом этот своеобразный холм.
Предметы быта свидетель­ствуют о том, что городище на­селяли воины, скотоводы, охот­ники и ремесленники. В Цитаде­ли размещалась знать. Предме­тов роскоши, изделий из благо­родных металлов, произведе­ний искусства и письменности пока не обнаружено. Наличие стерильных слоев между куль­турными слоями указывает на то, что люди периодически оставляли территорию городи­ща или сокращали жилые учас­тки, а затем поселялись и расши­ряли селение вновь.
Первые исследователи горо­дища не исключали того, что верхний культурный слой относится к периоду татаро-мон­гольского нашествия. Но полу­ченные теперь археологические данные позволяют относить его к более раннему хазарско­му периоду VIII — X веков. В это время в степях Юго-Восточной Европы и Предкавказья уста­навливается относительный мир и спокойствие. Расцветают города, ремесла и торговля.
На территории Ставрополья открыты десятки памятников данного периода. Татарское го­родище в это время продолжа­ло играть ключевую роль в ре­гионе.
Население Предкавказья, включая Татарское городище, было этнически неоднородным. Его основу составляли аланы и болгары. Болгарский этнос сформировался на основе тюркских народов, пришедших из глубин Азии во время великих переселений.
В VII в. хазары подчинили болгар, часть которых, не желая покориться, ушла на Дунай, где образовала Болгарское госу­дарство. Другая их часть отко­чевала на верхнюю Волгу, со­здав государство Великая Булгария. Остатки болгар, подчи­нившиеся хазарам, вместе с аланами в средние века населя­ли Предкавказье и Северный Кавказ от Кубани до Терека. Ставропольскую возвышен­ность в это время называли Булгарскими горами.
Аланы произошли от одно­го из сарматских племен, и в дальнейшем все сарматы стали идентифицироваться с ними. В IV веке новой эры часть аланов вместе с гуннами мигрировали в Европу, а другая часть оста­лась на Северном Кавказе, со­ставив с болгарами этническую основу коренного населения Предкавказья.
В VIII — X веках аланы и бол­гары Предкавказья входили в состав Хазарского каганата. Подчиняя народы, хазары раз­мещали на их землях военные Гарнизоны. Вероятно, что на Та­тарском городище находился крупный хазарский отряд, который контролировал окружаю­щую территорию. Дальнейшие раскопки прольют свет на эту проблему.
Раскопы дали уникальный научный материал не только археологам, но и почвоведам. Почвы — своего рода «зеркало» или «память» ландшафта, а в пределах городища их можно назвать летописью древних культур. Трем культурным сло­ям здесь соответствуют три слоя почв, которые в периоды максимального освоения терри­тории людьми разрушались и засыпались антропогенными наслоениями. Верхний гумусо­вый горизонт каждого из по­гребенных слоев почв содержит остатки битой посуды, кости животных и другие предметы, принадлежавшие жителям горо­дища, и служит для археолога важным репером начала очередного этапа активного освоения территории. Увязка археологи­ческих данных с особенностя­ми погребенных почв позво­лит ученым рассчитать скорость и выяснить закономерности почвообразования за последние тысячелетия.
Погребенные почвы дают важную информацию об исто­рии ландшафта, поскольку на Ставропольской горе в степной зоне формируются мощные обыкновенные или выщелочен­ные черноземы, а в лесах — се­рые лесные почвы. Если лес вырос на слое чернозема, зна­чит, он вторичный, если под слоем степного чернозема се­рая почва — здесь прежде был лес.
Возрождение степи
В 1983 году поляну Цент­рального городища стали заст­раивать дачами. Дачники на­несли большой ущерб верхне­му культурному слою, из кото­рого они выбирали керамику и даже выстилали ею дорожки.
Пострадала и залежная луговая степь, превращенная в садово-огородные участки. Руковод­ству краеведческого музея стоило больших трудов отстоять городище от разрушения. Лишь вмешательство первого секретаря крайкома КПСС B. C. My раховского помогло освобо­дить ее от дач.
Площадь, оставшаяся на ме­сте дачного поселка, первое вре­мя производила удручающее впечатление. Пустырь заполо­нили сорняки. Особенно разрослась амброзия. Как-то группа ботаников, среди которых был американский ученый, пришла на городище. Разго­релся спор о том, как поступить с амброзией. Американский спе­циалист, ссылаясь на личный опыт, предложил ее выжечь. Но ставропольский ученый Ю.А. Дударь высказался за то, чтобы оставить все как есть и провес­ти эксперимент по самовосста­новлению степи, поскольку он был уверен, что сорные травы и особенно заморская амброзия не выдержат конкуренции с ес­тественными ценозами степи.
И действительно, в последу­ющие годы степь с сохранив­шихся участков начала актив­ное наступление на заросли ам­брозии. Первыми в борьбу всту­пили степные растения с мощ­ными корневищами, например, такие, как пыреи, а также дру­гие быстро рассеивающиеся зла­ки и разнотравье. Ныне амери­канской гостьи, досаждающей ставропольцам, на городище почти не осталось, И хотя степь на месте огородов еще полностью не восстановилась и смена растительных сообществ продолжается, степь становится все ближе к естественному состоя­нию, наблюдаемому на Дозор­ном холме. Покров трав на­чал создавать дерновину, под которой формируется чернозем, перекрывающий новый культурный слой, оставленный на­шими современниками.
Восстановление раститель­ного покрова ведет к возрож­дению животного мира степи. Аспекты цветущих растений, непрерывно сменяя друг друга, своей пыльцой, нектаром, соч­ными стеблями и семенами при­влекают огромное количество беспозвоночных, прежде всего насекомых, состав, количество и активность которых меняется в течение вегетационного пери­ода. Многообразие бабочек, жуков, кузнечиков, перепончатокрылых, свойственное сте­пи и резко обедненное в куль­турных ландшафтах, начинает восстанавливаться на городи­ще. В густой траве стали спо­койно гнездиться птицы и рыть норки грызуны.
Подлинным хозяином поля­ны на Центральном городище из млекопитающих в последние годы стал слепыш европейский. Он ведет скрытный подземный образ жизни, но его присутствие выдают холмики нарытой зем­ли. Приглядевшись, легко за­метить, что они располагаются по определенной системе и выс­троены в цепочки. Слепыш прокладывает туннели по пря­мой линии, устраивая по пути жилые камеры и кладовые. Дли­на его ходов достигает 250, а глубина 3,5 метров.
Грызун покрыт красивым коричневым мехом и имеет в длину до 26 сантиметров. Он копает землю не лапами, а мощ­ными резцами. Благодаря осо­бому устройству ротового от­верстия, закрываемого боковы­ми складками, земля не попа­дает в рот животного. Взрых­ленную землю слепыш выталкивает на поверхность головой через отнорки, устраиваемые на небольших расстояниях друг от друга. Питается он корневища­ми, клубнями, луковицами и зе­леными надземными частями растений, которые подгрызает и затаскивает в нору. В каждой из его подземных кладовых хра­нится до 2 килограммов корма.
В конце зимы у зверька по­являются детеныши, крохотные, голенькие, весом всего 5 грам­мов. Но они очень быстро рас­тут, вскоре покидают мать и на­чинают строить свои подземные жилища. Слепыши выполняют определенную функцию в жиз­ни природного комплекса. Они рыхлят почву, давая воздуху и влаге проникать в глубокие горизонты. Оставшиеся в кладо­вых семена растений дают всхо­ды, улучшая процесс распрост­ранения трав.
На городище слепыш прино­сит и некоторый вред. Роя ходы, он нарушает культурные слои, смещает находки, что затрудня­ет их датировку, т.к. средневе­ковый черепок может очутить­ся в слое, который на две тыся­чи лет старше, и наоборот.
Старожилы леса
На опушке леса, у западно­го края поляны, наше внимание привлекают дубы. Они растут группами вблизи крепостной стены и относятся к вторичной, возрожденной части леса. Са­мый могучий дуб, находящийся несколько севернее нашего мар­шрута, имеет высоту около 15 метров. Его ствол не обхватить руками одному человеку. Воз­раст его — больше 100 лет.
Это дуб черешчатый, харак­терный для ставропольских ле­сов. Раньше, как и бук, дуб был очень распространен. Уникаль­ные реликтовые экземпляры этих деревьев местами сохрани­лись в Ставрополе и охраняют­ся как ботанические памятни­ки природы. Их патриархом до недавнего времени был дуб по ул. Дзержинского, возраст кото­рого достигал 700 лет, т.е. он был почти современником пос­леднего периода жизни городи­ща. Спил этого дуба-долгожи­теля экспонируется в краеведческом музее. Дуб считается символом славы, силы и долго­летия. В прошлом воинов — по­бедителей награждали дубовы­ми венками. Изображение дубо­вых листьев входит в гербы го­рода Ставрополя и Ставрополь­ского края.
Безжалостные рубки этого ценного дерева резко сократи­ли его ресурсы в ставропольс­ких лесах. Теперь восстановле­ние насаждений дуба — одна из важных задач лесоводов. Она оказалась непростой, посколь­ку он растет не везде. Дуб отно­сится к светолюбивым породам и предпочитает южные умерен­но увлажненные склоны и опушки леса. Говорят, что он вырастает в «шубе, но с откры­той головой». Затенение замед­ляет рост дуба, но зато при ос­вещении в течение 10 часов в сутки он растет очень быстро. Дуб, несмотря на мощь, чув­ствителен к заморозкам, и зим­няя температура -35 — -40 для него критическая. Изучение естественных условий произрастания и воспроизводства дуба черешчатого в ставропольских лесах станет одной из тем исследований музея-заповедника.
Первый склеповый могильник
Опушка леса с красавцами-дубами примыкает к крутому склону долины ручья Травертинового. Вдоль него проходит за­падный край Центрального городища. На скальной плите, об­рывающейся к шумящему где-то внизу ручью, видна каменная кладка крепостной стены. В обрыве находим узкую щель, не без труда спуска­емся по ней в мрачную теснину, поросшую лесом, и оказываемся на обвально-ополз­невой террасе. Она имеет неров­ную каменистую площадку шири­ной 50 и высотой 12—15 метров над урезом ручья.
Главная археологическая достопримечательность этого места — древний могильник, названный археологами первым склеповым могильником. Он расположен на высоком сухом участке тер­расы и состоит из склепов, ко­торые сооружены из каменных плит, образующих камеру, уг­лубленную в землю. Сверху склеп перекрывался, и доступ в него осуществлялся сбоку по специальному проходу-дромосу. По нему проносили и разме­щали в камере покойника, пос­ле чего вход закрывали плитой до нового погребения. При рас­копках в одном из склепов ус­тановлены костные останки бо­лее 50 человек. С погребенными в склепе оставлялись сосуды, оружие и украшения. В перечень находок входят: наконечники копий и стрел, ножи, бусы, серь­ги, браслеты, бронзовые зерка­ла, косметические наборы и ке­рамика. Склепы, по-видимому, принадлежали отдельным семь­ям и использовались длительное время. Судя по характеру пред­метов, обнаруженных в склепе, он функционировал на рубеже эпох и использовался вплоть до второго века новой эры, т.е. в течение большей части сармат­ского этапа истории городища.
Хуже сохранившиеся склепы образуют на террасе целое клад­бище. Большинство из них раз­граблено. Тем не менее их даль­нейшее изучение может дать новые интересные материалы о Татарском городище.
В теснине ручья Травертинового
От могильника маршрут продолжается вверх по долине ручья Травертинового, по об­вально-оползневой террасе. Здесь один из са­мых диких и жи­вописных уголков музея-заповедни­ка. Справа возвы­шается семиметровый обрыв карабинских ракушечников с гротами и нишами, из-под которых бьют родники, отлагающие травертин. Слева внизу, в уз­ком глубоком рус­ле, бежит ручей. Бугристая поверхность террасы длиной около 300 метров усея­на камнями, поросла лесом с мхами и травами. Что ни шаг, то новая картина, достойная кисти художника.
За могильниками терраса понижается и начинается «Каменный хаос». Это участок склона с беспорядочным нагромож­дением огромных глыб, отколовшихся от пласта ракушечни­ка. Они усеяли небольшую сы­рую поперечную лощину, куда через узкую «каменную калитку» между замшелыми глыбами ведет петляющая тропа.
«Каменный хаос» сменяется оползневым рвом — узкой выем­кой, ограниченной с одной сто­роны валом из суглинка и кам­ней, а с другой — крутым обвально-осыпным склоном, увен­чанным отвесными скалами. Вал высотой до 5 метров имеет зубчатый гребень с древостоем граба, дуба и ясеня.
За оползневым рвом — новое нагромождение камней, называ­емое «Волчьими норами». Здесь скатившиеся с обрыва плиты ракушечников собраны в кучи с множеством глубоких пустот и проходов, напоминающих норы.
Еще дальше, в просадочном углублении террасы, неболь­шое бессточное озерцо размером около 50 квадратных метров. Оно питается подземными и атмосферными водами, пери­одически меняя свой уровень.
Нависающие скалы вместе с сомкнутыми кронами грабов и зарослями бузины создают над озерцом сумрак и безветрие, от­чего его зеркальная гладь ка­жется черной. Каменистые бере­га оживляют заросли листовика, купены, ясменника, подбела и осоки. Поэтому в пейзаже нет угрюмости, и озерцо похоже на драгоценный камень морион в ажурной малахитовой оправе.
Среди растений возле озер­ца привлекают внимание розет­ки необычного папоротника. Это листовик сколопендровый. Его зеленые блестящие кожис­тые листья достигают в длину полуметра. Молодые побеги закручены в «улитку», которая постепенно разворачиваясь, превращается сначала в нежно-зеленый, а затем в темно-зеле­ный ланцетовидный лист. Это не обычные листья, а так назы­ваемые вайи, своеобразные вет­ви папоротников, на нижней стороне которых располагают­ся спорангии, собранные в ли­нейные пучки-сорусы. Оборот­ная сторона листа похожа на многоножку. Отсюда и возник­ло название этого папоротни­ка — листовик сколопендровый.
Это одно из древ­нейших растений суши. Папоротни­ки появились 350 миллионов лет на­зад. Они дошли до наших дней, со­храняясь лишь в малодоступных местах с влажным климатом. В окре­стностях Ставро­поля листовик сколопендровый произрастает в Русском лесу око­ло Травертинового источника, на горе Стрижамент, и здесь, на Та­тарском городище. Его исполь­зуют как лекарственное сред­ство от туберкулеза. Это редкое в нашем крае растение относит­ся к особо охраняемому виду.
Обвально-оползневая терра­са заканчивается у высокого об­рыва, возникшего в результате недавнего оползня. Изучив этот обрыв, можно понять причи­ны оползнеобразования в доли­не. Его верхняя часть начинается с карниза, сложенного ракушечником, под которым после схождения оползня обнажился мощный пласт размягченной глины, по которой струйками стекает родниковая вода. По поверхности мокрых глин тело оползня съехало к ручью и, преградив ему путь, образовало бугор с искореженными и поваленными в разные стороны деревьями, образующими «пьяный лес». Нетрудно восстановить подробности этой трагедии. Ручей, углубляя русло, подрезал основание склона, сложенное глинами, отчего тот пришел в неустойчивость. После этого достаточно было пройти обильным дождям, чтобы размокшие грунты вместе с лесом и его обитателями сползли вниз по скользкой глине. Лишь ракушечник остался над оползневой нишей, но и ему теперь суждено распасться на глыбы.
Оползни в пос­ледние годы стали подлинным бед­ствием Ставропо­ля и его окрестно­стей. Механизм их образования тот же, что и на ручье Травертиновом, но масштабы зна­чительно больше. Это вызвано тем, что жители горо­да, а иногда и опытные строите­ли, недооценивают коварство глинистых грунтов.
Нужно помнить, что любая на­грузка на эти грунты, обводне­ние или нарушение целостности резко снижает их устойчивость и провоцирует оползнеобразование.
Любуясь необычными пей­зажами обвально-оползневой террасы, напоминающими настоящие горы, задаешься вопро­сом: когда и почему произошел здесь грандиозный обвал, мог ли маленький ручеек своей эро­зией привести в движение столь огромную массу горных пород?
Известный ставропольский географ-краевед В.Г. Гниловской в свое время обратил вни­мание на широкое распрост­ранение на Ставропольской возвышенности и в предгорьях Кавказа форм рельефа, связан­ных с огромными обвалами и оползнями. К их числу относится знаменитый «Каменный хаос» на горе Стрижамент и ос­танцы «Семистожки» на Воровсколесских высотах. Но данными о том, когда происходили разрушительные процессы, при­ведшие к возникновению этих форм, ученые не располагали.
Теперь, благодаря комплек­сному геолого-археологическо­му исследованию Татарского городища, найден ответ на этот вопрос. Он достаточно очеви­ден: поскольку на обвально-оползневой террасе находятся могильники периода сарматс­кой культуры, возраст террасы — не больше двух тысяч лет. Это крайне интересно и важно, по­скольку по геологическим дан­ным именно в это время прекратил свою вулканическую деятельность Эльбрус. Отсюда на­прашивается вывод о том, что огромные обвалы и оползни на Ставрополье вызывались мощными землетрясениями, сопровождавшими извержения Эльбруса. А так как данный вулкан потух, и нет объективных научных данных о возможности его возрождения, можно считать, что и время мощных подземных бурь в нашем крае закончилось. Происходящие время от време­ни у нас относительно слабые землетрясения — лишь отголоски прошлого.
Водопад Травертиновый
Выбравшись из теснины, мы попадаем на древнюю доро­гу, которая, пересекая долину ручья Травертинового, соединя­ет Центральное и Третье горо­дища. Она выводит нас к одно­му из самых красивых мест музея-заповедника — водопаду Травертиновому. Он располо­жен в месте слияния двух ручьев и состоит из двух ступенча­тых каскадов, сходящихся к главному уступу высотой 6 метров.
Уступ сложен ракушечника­ми, песками и травертином, в которых в результате неравно­мерного размыва возникла при­чудливая система ступенек, ниш и бугристых покатов. Вода с них стекает то отвес­ными зеркальны­ми струями, то из­вилистыми бурля­щими потоками. За занавесом ка­пель и струй в нижней части об­рыва скрыт не­большой грот вы­сотой 2 метра. Его стены украшают раковины морс­ких моллюсков, кружевные натеки травертина с ока­меневшими листь­ями растений, ста­лактиты и сталагмиты.
Не менее привлекателен и ок­ружающий ландшафт. К водопа­ду примыкает чистая, удобная для отдыха площадка, обрамленная крутыми скло­нами с буково-грабовым лесом. Ниже водопада долина сужается, переходя в теснину. Достоп­римечательностью этого места являет­ся вековая липа, единственная в лесу. Она растет на труднодоступном склоне. Ее высота 28 метров, а ствол в окружности имеет полтора обхвата. В правом истоке ручья Травертинового, в 150 метрах выше водопада, имеется выведенный в трубу родник, бьющий из пласта форштадтских песков. Дачники ис­пользуют его прозрачную хо­лодную воду для питья.
В заповедном лесу
Экскурсия заканчивается возле Третьего городища. Веду­щая к нему древняя дорога в ре­зультате векового использова­ния и размыва дождевыми вода­ми превратилась в глубокую из­вилистую промоину. Кроны деревьев и кустарников смыка­ются над ней, и создается впе­чатление, что мы движемся по своеобразному тоннелю.
Третье городище, открытое недавно, еще плохо изучено. С запада, юга и востока оно ограничено крутосклонными балка­ми, а в наименее защищенных ме­стах, в основном с севера, было ограждено крепостной стеной. Развалины этой стены просле­жены на расстоянии двух кило­метров. В некоторых местах ус­тановлены остатки каменных строений. Культурный слой здесь не столь мощный и насыщенный, как на Центральном городище.
По предварительным дан­ным, Третье городище возник­ло позже первых двух, скорее всего, в средние века, и населялось аланами и болга­рами. К сожале­нию, наиболее интересная верх­няя его часть, рас­положенная на лесной поляне, за­нята дачным по­селком, что зат­рудняет археоло­гические исследо­вания и нарушает заповедный режим памятника.
На территории Третьего горо­дища находится обширный уча­сток леса, который включен в охранную зону с заповедным ре­жимом. Лес на Татарском горо­дище — это первый заповедный лес на Ставрополье, который будет впредь развиваться без суще­ственного вмешательства чело­века. Поэтому рассмотрим его подробнее.
Это типичный ставропольс­кий лес, в состав которого вхо­дят граб, бук, ясень, клен, дуб, ильм, тополь, липа, дикая че­решня, груша, яблоня и искус­ственно посаженная глядичия. В подлеске растут кустарники: бо­ярышник, калина, терн, берес­клет, свидина, кизил, лещина, бузина.
В лесу много цветущих трав. Ранней весной, пока листва не затеняет солнечный свет и он со­гревает землю, появляются бе­лые подснежники. А затем сплошными голубыми коврами под деревьями и на лесных лу­жайках красуется пролеска си­бирская. Вслед за ней появля­ется желтая хохлатка. Чудес­ным ароматом наполняют лес фи­алки. Их сиреневый цвет уси­ливает зубянка пятилисточковая.
Когда кроны деревьев покры­ваются листвой, под пологом леса становится тенисто и сум­рачно. Ярких красок не видно, господствуют белые цветы. Вы­соко поднимает изящные дуги птицемлечник. Целые поляны за­няты ландышем.
Осенью лес богат теплыми красками; желтыми островами светятся клены, нижние части склонов опоясывают красно-бу­рые буки; общий фон леса уси­ливается сиреневой листвой ясе­ней. На днищах долин у воды небольшими куртинами долго зеленеет тополь-белолистка.
Ставропольский лес богат редкими, реликтовыми, эндемичными и особенно ценными исчезающими растениями. Бук и дуб составляют главную цен­ность из древесных представи­телей леса. На территории запо­ведника растут необыкновенно крупные экземпляры лесного ореха-лещины и древовидного боярышника.
Из травянистых лесных рас­тений в «Красную книгу» зане­сены подснежник кавказский, любка двулистная, два вида пыльцеголовника — красный и дамасский. Редкими стали про­леска сибирская, зубянка пятилисточковая, хохлатки кавказ­ская и Маршалла. Они вошли в список особо охраняемых расте­ний края.
Лес неоднократно рубился. Об этом свидетельствуют порос­левые группы деревьев, окружа­ющие старые пни. Вследствие деятельности как древних, так и современных лю­дей в лесу полнос­тью сменился со­став коренных по­род.
Школа грибника
Гаечные спутники леса — гри­бы. Их сбором увлекаются мно­гие, а для этого необходимо знать о них как можно больше, иначе есть риск сорвать ядови­тый гриб.
На территории музея-запо­ведника свободный сбор грибов запрещен. Здесь вы можете пройти наглядный курс и почер­пнуть знания, которые помогут на «грибной охоте» в других местах.
Природа оформляет свои растительные экспозиции в за­висимости от времени года и погодных условий, несколько раз сменяя их в течение теплого сезона. Из множества растений грибы особенно чутко реагиру­ют на состояние окружающей среды. Большинство грибов на­чинают рост при достижении воздухом среднелетней темпера­туры, что в условиях Ставропо­ля составляет +16 С. Такие тем­пературные показатели уста­навливаются обычно в конце мая и в июне. Вторым непре­менным условием роста грибов служит умеренное увлажнение. При соответствующем состоя­нии погоды начинает разви­ваться грибница, на которую в свою очередь оказывает влия­ние предыдущая осень. Если осень была теплая и влажная, то грибница получает много пи­тательных веществ и заклады­вает сильное потомство на сле­дующий год. Получая питание, грибница перерабатывает его и передает дереву, под которым она поселяется. Дерево, как бы в знак благодарности, в нужный момент дает грибнице готовые органические питательные ве­щества, накопленные с ее помо­щью осенью.
Грибница-невидимка живет в почве среди корней деревьев, оплетая их тонкими паутинис­тыми нитями и образуя развет­вленный грибокорень, называ­емый микоризой. Описанная си­стема — пример взаимовыгодного сосуществования грибов и высших растений.
Будучи бесхлорофильными, грибы не могут синтезировать углеводы и получают их от де­ревьев.
Помимо прочего, грибница и дерево обмениваются витами­нами. Некоторые грибы, такие, как опята и трутовики, живут полностью за счет дерева.
Наукой о грибах — миколо­гией описаны более 80 тысяч видов грибов. Обо всех расска­зать невозможно, поэтому мы остановимся лишь на некото­рых видах шляпочных грибов, произрастающих в Татарском лесу.
Сезон открывают сумчатые грибы-строчки, сморчки, смор­чковая шапочка. Лишь только устанавливается тепло в конце апреля — начале мая, на выгревах по опушкам леса, на песча­ных склонах и старых костри­щах появляются желто-бурые или коричневые сморчки обык­новенные. В тех же местах встре­чается сморчок конический. У первых шляпка округло-ячеи­стая, а у вторых продольно-бо­роздчатая. Наиболее красив гриб, называемый сморчковой шапочкой. На высокой белой ножке кокетливо одет коричне­вый сборчатый колпачок.
Строчки обычно больших размеров, имеют округлую шляпку, прочно сидящую на толстой ножке. Они растут поодиночке. Своим внешним видом эти сморщенные урод­цы вызывают удивление и улыбку.
Сморчки и строчки в сыром виде ядовиты. Их отваривают в течение 20 минут, промывают в свежей воде и жарят в сметане.
К числу ранних грибов от­носятся майки, названные так по месяцу произрастания. Белая шляпка майки похожа на разре­занное поперек куриное яйцо. Кожа гриба сухая, гладкая. Мя­коть, состоящая из пластин, белая, ножка толстая без коль­ца. Майка вкусна в маринаде.
В мае и в начале июня появ­ляются подсливники. Их надо искать под кустами боярыш­ника или у корней плодовых де­ревьев в тени. Серовато-бурая кепка гриба с кнопкой посере­дине одета на прямую ножку такого же цвета. Подсливники встречаются большими семья­ми. Их жарят, варят и мари­нуют.
На унавоженных скотом ме­стах в начале лета плодоносят шампиньоны обыкновенные. Плотная белая мякоть, розова­тая в изломе, имеет приятный грибной запах. Помимо степно­го есть шампиньон лесной, по­являющийся только в июле.
Начиная с июля, на полянах в густой траве и на опушках леса растут опята луговые. Бледно-зеленоватые, на тонких ножках грибочки выстраиваются ряда­ми или кругами, образуя так на­зываемые «ведьмины кольца». Грибница опят луговых разви­вается от центра к периферии. После отмирания старой гриб­ница, сменяющая ее, увеличива­ет диаметр кольца, размер кото­рого может достигать десятков метров.
В середине лета большими рядами или кольцами выраста­ют рядовки. Они имеют шляп­ки разного цвета. Наиболее по­пулярна среди грибников осен­няя рядовка фиолетовая. Ее часто называют «синий ко­рень». Рядовка пригодна для засолки и маринования, но вкус­нее всего в жареном виде.
На лесной тропе и вдоль нее часто встречается сыроежка. Это самый распространенный гриб, произрастающий и ле­том, и осенью. Поражает раз­нообразие цветовых оттенков шляпки этого гриба: розовые, желтые, оранжевые, серые, сиреневые, зеленые, синеватые и др. В начальной стадии роста шляпка сыроежки округлая, за­тем она разворачивается в плос­кую тарелочку. Некоторые сы­роежки имеют жгучий горький вкус. Употребляются в жаре­ном виде.
Многие из вас знают грибы-дождевики. Они появляются после дождей на полянках и тро­пинках. Молодые дождевики сравнительно небольшие. Одна­ко отдельные взрослые экземп­ляры в лесу вырастают, дости­гая веса 2—3 кг.
Из летних пластинчатых грибов следует назвать свинуш­ку. По форме они напоминают свиные уши, откуда и получили свое название. Этот гриб услов­но съедобный.
Пик грибного сезона насту­пает, когда колосятся зерновые культуры. В это время появля­ются трубчатые грибы, относя­щиеся к категории наиболее ценных. Их сушат, солят, ва­рят, жарят.
Среди них царь грибов — белый гриб. Он частый герой рус­ских сказок, предмет особой гордости грибников. На Руси этот гриб называют еще бо­ровик.
Белые грибы растут в лесу, часто среди травы. Их шляпки достигают 30 см в диаметре. Найдя один, вблизи обязатель­но обнаружишь другой гриб.
Летом и осенью в Татарс­ком лесу много моховиков. Есть в этом лесу дубовики или поддубники — очень красивые и вкусные грибы. Хотя нет в Та­тарском лесу ни берез, ни осин, здесь встречаются подосинови­ки и подберезовики.
В августе появляются млеч­ники, которые растут до само­го октября. К этой категории гриба относятся серушки, краснушки и гладыши, выделяющие белый жгучий сок. Они пригод­ны для засолки.
Около дач в местах скопле­ния мусора растут навозники, съедобные в молодом возрас­те. Навозник называют черным грибом, потому что у него под краями шляпки к вечеру выде­ляется черный сок, постепенно пропитывая и окрашивая всю мякоть гриба.
Характерным ставропольс­ким грибом является белянка, растущая как отдельными эк­земплярами, так и группами.
Осенью до самых морозов радость грибникам доставляют опята. Помимо съедобных, в Татарском лесу растут ядовитые грибы. Самый опасный среди них — бледная поганка. Она очень похожа на сыроежку. Эф­фектно смотрятся мухоморы. Несмотря на свою экзотическую красоту, они также ядовиты.
Мир грибов очень интересен, и о нем можно говорить еще и еще. Однако обратим внима­ние на других обитателей леса.
Лесная консерватория
Стоит остановиться и по­слушать голоса птиц. Особенно разноголосы птичьи хоры вес­ной. В зарослях кустарника ве­черами поет соловей южный. Весь день над головой поет пеночка-теньковка. Здесь можно услышать кукушку, чечевицу, лесного конька. Вас обязатель­но всю дорогу будет сопровож­дать белобокая сорока. Рядом с нею — крикливая сойка. Часто дорогу перебегают дрозды. Слышен стук дятла. Орнитоло­ги насчитали на территории му­зея-заповедника 36 видов птиц. Птицы очищают лес и окрест­ные сады от вредителей, наполняют мир пением, радуют сво­им внешним видом.
Очарованные лесом, мы незаметно выходим на опушку, заросшую густым терновником. Здесь среди деревьев и кустар­ников просматриваются разва­лины древнего каменного стро­ения. Это одно из строений сред­невекового периода жизни го­родища. Его конструкцию и на­значение определят археологи в процессе будущих раскопок.
К лесу примыкает ровная поляна, обозначаемая на картах как урочище Площадка. По проекту на ней находится му­зейный комплекс, где предполагается разместить хранилища сосредоточиваться результаты коллекций, экспозиции, научные лаборатории. Здесь будут сосредоточиваться результаты археологических и природных исследований памятника.
Путешествие не окончено
Наше путешествие в про­шлое и настоящее, и знакомство с природой подошло к концу. Шагнув за пределы охранной зоны музея-заповедника, мы по­падаем в привычный мир со­временного города. Жилые кварталы новой застройки вплотную подошли к террито­рии Татарского городища. Здесь современность встречается с да­леким прошлым, а рукотворный городской ландшафт соседству­ет с первозданной природой.
Экскурсия по Татарскому го­родищу настраивает на береж­ное отношение к памятнику про­шлого и его природному комп­лексу. Это одно из тех мест, где происходит соприкосновение с вечным, возникает ощущение неразрывной связи времен, вы­пукло проявляются сложности современного мира.
Путешествие подошло к концу, но оно не завершилось. Ведь непрерывный поток време­ни стремится в будущее, и то, что сегодня кажется постоян­ным, завтра превращается в прошлое.
Музей-заповедник позволя­ет побывать сразу в трех времен­ных измерениях, тем самым да­вая возможность не только по­нять прошлое, но и заглянуть в будущее. Каким станет это бу­дущее, зависит от нас с вами и от нашего отношения к окружа­ющей среде.
 
Источник: Б.Л. Годзевич, Н.А. Охонько, В.В. Савельева, А.А. Кудрявцев. Встречи с прошлым и настоящим. Путеводитель по археологическому и природному музею-заповеднику Татарское городище. — Ставрополь. — 1999.
 
www.altstav.ru/stv/stv322.php
www.rgo.ru/ru/stavropol

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.